| | | | |
| | | | | |
 Институт Электрофизики / История   Карта сайта     Language По-русски По-английски

Историческая справка

Нам 20 лет

Нам 25 лет

Награды

Визиты

Нам 20 лет

Смута – двигатель прогресса
Solomonov V.I.

Владимир Иванович Соломонов
доктор физико – математических наук,
профессор

Моя научная деятельность началась с третьего курса Томского государственного университета в лаборатории квантовой электроники Института оптики атмосферы (ИОА) Томского научного центра Сибирского отделения Академии наук СССР, созданного будущими академиками, а в то время докторами наук Владимиром Евсеевичем Зуевым с Геннадием Андреевичем Месяцем. Это было время становления института, он не имел своего лабораторного корпуса и ютился по подвалам г. Томска. Лаборатория квантовой электроники входила в отдел сильноточной электроники Г. А. Месяца и состояла из двух научных групп. Одна из них, руководимая заведующим Юрием Ивановичем Бычковым, занимала подвальные помещения неподалеку от завода резиновой обуви и изучала газовые лазеры высокого давления. Вторая, руководимая Петром Артемовичем Боханом, изучала лазеры на парах металлов и располагалась в более престижном месте – на втором этаже корпуса экспериментальных мастерских Сибирского физико-технического института. Я оказался в составе второй группы и занимался созданием, запуском и исследованием лазера на парах меди. На защиту университетского диплома меня выпускала вся лаборатория, а после защиты в 1971 году я стал ее полноправным стажером-исследователем. После образования Г.А. Месяцем Института сильноточной электроники (ИСЭ) лаборатория разделилась. Наша научная группа уже под названием лаборатории источников когерентного излучения осталась в составе ИОА, но не утратила научных контактов с лабораторией квантовой электроники ИСЭ.

Исследования лазеров на самоограниченных переходах в парах металлов, которыми я занимался, подходили к логическому завершению. Результаты исследований были оформлены в виде кандидатской диссертации, которую я защитил в 1980 году. После защиты сделал для себя вывод, что эта тема исследований уже исчерпана и надо искать другую область применения своих сил и возможностей. Но время поиска оказалось не слишком удачным. Из лаборатории был вынужден уйти ее заведующий П.А. Бохан, а на его место назначен Анатолий Николаевич Солдатов. Большинство сотрудников не приняли нового заведующего, и лаборатория длительное время находилась в неустойчивом смутном состоянии. Я же, почувствовав свободу, вместе со своим коллегой Степаном Монастыревым начали изучать урожайность облученного лазером картофеля. Эти исследования частично освобождали нас от обязательных в то время сельскохозяйственных отработок, правда, наше время ожидания результатов эксперимента администрация института активно использовала на строительстве Академгородка. Через два года плодотворных исследований мы пришли к выводу, что лазер гораздо эффективнее можно использовать для очистки картофеля от кожуры, а не для повышения его урожайности, и на этом прекратили свои эксперименты. Воспользовавшись вынужденной паузой, А.Н. Солдатов предложил мне написать монографию, обобщающую исследования лазеров на парах металлов. Я принял его предложение, но одновременно вместе с М. Урбазаевым занялся исследованием катодолюминесценции полупроводниковых кристаллов. А в это время в лаборатории затаенная смута выплескивалась на поверхность. Внешне она проявилась в недовольстве качеством научного руководства заведующего, но внутренне это была тривиальная борьба за административную власть, с присущим ей черным пиаром. Смута расширялась, и в нее втягивалась администрация института. В таких условиях стало невозможным заниматься научной деятельностью. После сдачи рукописи монографии в издательство я решил покинуть арену смутной борьбы. В этом мне помог П.А. Бохан, предложив переехать в г. Ижевск и вместе с ним организовать лазерную лабораторию в недавно созданном там Физико-техническом институте (ФТИ) Уральского научного центра Академии наук СССР.

Я принял это предложение, развелся со своей первой женой, полулегально оформил конкурсные документы и неожиданно для своих коллег подал заявление на увольнение. Заявление было принято, но в соответствии с трудовым кодексом мне предложили отработать две недели на закладке фундамента для часов в аллее трудовой славы Академгородка. Но эта предложение провалилось из-за низкого качества топора и лопаты, которые через два часа сломались от соприкосновения с февральским грунтом. Тепло попрощавшись с коллегами по работе, я в начале 1985 года убыл, но уже в г. Устинов.

Это гордое имя маршала Советского Союза город Ижевск получил в результате всесоюзного старческого маразма. ФТИ был в начальной стадии получения производственных лабораторных площадей, но в заключительной стадии формирования штатного состава. Я временно был зачислен старшим научным сотрудником в штат лаборатории радиационного материаловедения, занимающейся численным моделированием кинетики радиационных дефектов, возникающих в конструктивных элементах атомных реакторов. Время шло, а заявленный заведующий лабораторией П.А. Бохан не появлялся на горизонте. Для его поисков я отправился в город Новосибирск, где он и был обнаружен в окружении семьи в недавно полученной квартире, менять которую не собирался. Не желая нарушать семейной идиллии, я захватил с собой в качестве своей жены младшую сестру его жены и укатил в Устинов. Изменение планов П.А. Бохана директор ФТИ Виктор Александрович Трапезников назвал своевременным решением, так как в это время развернулась борьба за передел института и власти. К тому же город требовал возвращения своего исторического названия. Я остался один с зарплатой, но без экспериментальной базы и возможности заключения договоров и повышал квалификацию в области металлических наук. Но когда уже был готов применить полученные знания на практике, то узнал о переезде Г.А. Месяца с небольшим десантом из Томска в Свердловск. Я выяснил, что одной из целей десанта является организация на Уральском хребте электрофизического института. Электрофизика меня привлекала гораздо больше, чем металловедение. Поэтому я безо всяких колебаний решил помочь своим бывшим коллегам в новом начинании. Дождавшись, когда Ижевску вернули его историческое название, я выехал в Свердловск для предложения своих услуг.

В теплой дружественной обстановке мы встретились со своими бывшими коллегами по лаборатории. Владимир Васильевич Осипов охотно пошел мне навстречу, Геннадий Андреевич согласился принять меня в институт, и я с женой после обмена квартиры в 1987 году прибыли в Свердловск. Я был принят в ряды лаборатории квантовой электроники, а жена в бухгалтерию. В это время институт не имел своего лабораторного корпуса и располагался на временно предоставленных площадях дружественных организаций. Мне досталось подвальное помещение УрГУ. Обстановка очень напоминала период становления наших институтов в Томске, но сильно отличалась тем, что сотрудники института не совмещали строительные должности. На первых порах я занялся облучением парогазовых смесей низкого давления электронными пучками для получения лазерного эффекта. Вскоре наш институт объединился на площадях корпуса «А» Института физики металлов и произошел существенный перелом в тематике исследований, который был стимулирован демонстрацией Ф.Я. Загуловым яркой разноцветной люминесценции обычных камней, облучаемых сильноточными электронными пучками. Меня, как спектроскописта по образованию, сильно заинтересовало это явление, и я предложил В.В. Осипову свои услуги в изучении спектра этой люминесценции. Предложение было одобрено на самом высоком уровне, и я приступил к его реализации. В наше распоряжение был передан ускоритель «СИНУС», изготовленный в СКБ Ф.Я. Загулова. Вместе с С.Г. Михайловым мы оборудовали под него подвальное помещение корпуса «А» и приступили к облучению минералов электронными пучками. Сразу же стало ясно, что для регистрации спектра этой люминесценции традиционная методика с использованием фотопленки или фотоэлектронных умножителей не подходит. Нужен другой многоканальный фотоэлектрический приемник. Именно такой фотоприемник на базе ПЗС-линейки изготовил для Ю.Н. Новоселова мой коллега по ФТИ Ижевска Д.И. Малеев. После непродолжительных переговоров этот фотоприемник Новоселов передал нам. С этого момента резко возросла эффективность исследований, в результате которых мы смогли получить столь же интенсивную люминесценцию при облучении минералов электронным пучком не с громоздкого СИНУСа, а с малогабаритного РАДАНа.

Дальнейшие исследования затормозились большой смутой мирового масштаба – распался Советский Союз. В это смутное время ученые, как и все бывшие советские люди, стали миллионерами в прямом смысле слова. Зарплата исчислялась миллионами рублей, но она была сопоставима с ценой бутылки водки и булки хлеба. Революционеров это вполне устраивало, а наука постепенно приходила в упадок. Миллионов катастрофически не хватало не только на проведение исследований, но и на тривиальное физическое существование. Немалая часть ученого народа подалась искать лучшую долю в других областях человеческой деятельности и бездеятельности. Другая часть занялась обустройством устойчивости творческого процесса. В это смутное время мною было подготовлено два кандидата наук (С.Г. Михайлов и А.И. Липчак) и более десяти дипломников. А в 1997 году я сам защитил докторскую диссертацию, чуть позже написал еще одну монографию и получил аттестат профессора. Используя энергию смуты, администрация института запустила в эксплуатацию лабораторный корпус и усилила кафедру электрофизики в Уральском политехническом институте. Эти события сильно стабилизировали положение всех оставшихся сотрудников института и стимулировали их активность в раскрытии тайн электрофизики, а особенно - в поисках покупателей этих тайн. В это время мы воплотили свои исследования по импульсной катодолюминесценции в уникальный прибор – импульсный катодолюминесцентный спектрограф КЛАВИ, и начали его малосерийное изготовление. Сейчас этими приборами мы оснастили уже 10 ведущих институтов РАН, в том числе, Институт общей физики РАН и Физический институт РАН и др. В этом нам помог Г.А. Месяц. При этом расширился и фронт исследовательских работ. Для их выполнения готовятся молодые перспективные кадры – студенты и аспиранты. Надеюсь, что они обеспечат светлое будущее Института.

Любая смута вырабатывает энергию. Ее можно использовать и для двигателя прогресса, но этот двигатель эффективно работает только в областях повышенной стабильности. Именно такой областью является Институт электрофизики. В нем также бывают локальные смуты, но энергия этих смут администрацией Институтом успешно используется для непрерывной работы двигателя самой науки.

Дизайн и программирование N-Studio
© 2003-2018 Институт Электрофизики
беременность, мода, красота, здоровье, диеты, женский журнал, здоровье детей, здоровье ребенка, красота и здоровье, жизнь и здоровье, секреты красоты, воспитание ребенка православное искусство, христианские стихи, книги скачать, православные знакомства, плохие мысли, психологи рождение ребенка,пол ребенка,воспитание ребенка,ребенок дошкольного возраста, дети дошкольного возраста,грудной ребенок,обучение ребенка,родить ребенка,загадки для детей,здоровье ребенка,зачатие ребенка,второй ребенок,определение пола ребенка,будущий ребенок медицина, клиники и больницы, болезни, врач, лечение, доктор, наркология, спид, вич, алкоголизм рождение ребенка,пол ребенка,воспитание ребенка,ребенок дошкольного возраста, дети дошкольного возраста,грудной ребенок,обучение ребенка,родить ребенка,загадки для детей,здоровье ребенка,зачатие ребенка,второй ребенок,определение пола ребенка,будущий ребенок